Хранители сказок

Собрание авторских и народных сказок

Русские народные сказки Афанасьева Александра Николаевича




Скачать текст сказки

Народные русские сказки Скачать

Скачать книгу «Народные русские сказки» в любом из 10 форматов: FB2, EPUB, TXT, RTF, PDF A4, HTML, PDF A6, MOBI, TXT, JAVA, LRF.

Сказка о Ерше Ершовиче, сыне Щетинникове


Русская народная сказка


Сказка о Ерше Ершовиче, сыне Щетинникове (вариант сказки 1)


Ершишко-кропачишко1, ершишко-пагубнишко склался на дровнишки2 со своим маленьким ребятишкам3; пошел он в Кам-реку, из Кам-реки в Трос-реку, из Трос-реки в Кубенское озеро, из Кубенского озера в Ростовское озеро и в этом озере выпросился остаться одну ночку; от одной ночки две ночки, от двух ночек две недели, от двух недель два месяца, от двух месяцев два года, а от двух годов жил тридцать лет. Стал он по всему озеру похаживать, мелкую и крупную рыбу под добало (?) подкалывать. Тогда мелкая и крупная рыба собрались во един круг и стали выбирать себе судью праведную, рыбу-сом с большим усом: «Будь ты, — говорят, — нашим судьей».

Сом послал за ершом — добрым человеком и говорит: «Ерш, добрый человек! Почему ты нашим озером завладел?» — «Потому, — говорит, — я вашим озером завладел, что ваше озеро Ростовское горело снизу и доверху, с Петрова дня и до Ильина дня, выгорело оно снизу и доверху и запустело». — «Ни вовек, — говорит рыба-сом, — наше озеро не гарывало! Есть ли у тебя в том свидетели, московские крепости, письменные грамоты?» — «Есть у меня в том свидетели и московские крепости, письменные грамоты: сорога-рыба4 на пожаре была, глаза запалила, и понынче у нее красны».

И посылает сом-рыба за сорогой-рыбой. Стрелец-боец, карась-палач, две горсти мелких молей5, туды же понятых, зовут сорогу-рыбу: «Сорога-рыба! Зовет тебя рыба-сом с большим усом пред свое величество». Сорога-рыба, не дошедчи рыбы-сом, кланялась. И говорит ей сом: «Здравствуй, сорога-рыба, вдова честная! Гарывало ли наше озеро Ростовское с Петрова дня до Ильина дня?» — «Ни вовек-то, — говорит сорога-рыба, — не гарывало наше озеро!» Говорит сом-рыба: «Слышишь, ерш, добрый человек! Сорога-рыба в глаза обвинила». А сорога тут же примолвила: «Кто ерша знает да ведает, тот без хлеба обедает!»

Ерш не унывает, на бога уповает: «Есть же у меня, — говорит, — в том свидетели и московские крепости, письменные грамоты: окунь-рыба на пожаре был, головешки носил, и поныне у него крылья красны». Стрелец-боец, карась-палач, две горсти мелких молей, туды же понятых (это государские посыльщики), приходят и говорят: «Окунь-рыба! Зовет тебя рыба-сом с большим усом пред свое величество». И приходит окунь-рыба. Говорит ему сом-рыба: «Скажи, окунь-рыба, гарывало ли наше озеро Ростовское с Петрова дня до Ильина дня?» — «Ни вовек-то, — говорит, — наше озеро не гарывало! Кто ерша знает да ведает, тот без хлеба обедает!»

Ерш не унывает, на бога уповает, говорит сом-рыбе: «Есть же у меня в том свидетели и московские крепости, письменные грамоты: щука-рыба, вдова честная, притом не мотыга6, скажет истинную правду. Она на пожаре была, головешки носила, и понынче черна». Стрелец-боец, карась-палач, две горсти мелких молей, туды же понятых (это государские посыльщики), приходят и говорят: «Щука-рыба! Зовет рыба-сом с большим усом пред свое величество». Щука-рыба, не дошедчи рыбы-сом, кланялась: «Здравствуй, ваше величество!» — «Здравствуй, щука-рыба, вдова честная, притом же ты и не мотыга! — говорит сом. — Гарывало ли наше озеро Ростовское с Петрова дня до Ильина дня?» Щука-рыба отвечает: «Ни вовек-то не гарывало наше озеро Ростовское! Кто ерша знает да ведает, тот всегда без хлеба обедает!»

Ерш не унывает, а на бога уповает: «Есть же, — говорит, — у меня в том свидетели и московские крепости, письменные грамоты: налим-рыба на пожаре был, головешки носил, и понынче он черен». Стрелец-боец, карась-палач, две горсти мелких молей, туды же понятых (это государские посыльщики), приходят к налим-рыбе и говорят: «Налим-рыба! Зовет тебя рыба-сом с большим усом пред свое величество». — «Ах, братцы! Нате вам гривну на труды и на волокиту; у меня губы толстые, брюхо большое, в городе не бывал, пред судьям не стаивал, говорить не умею, кланяться, право, не могу». Эти государские посыльщики пошли домой; тут поймали ерша и посадили его в петлю.

По ершовым-то молитвам бог дал дождь да слякоть. Ерш из петли-то да и выскочил; пошел он в Кубенское озеро, из Кубенского озера в Трос-реку, из Трос-реки в Кам-реку. В Кам-реке идут щука да осетр. «Куда вас черт понес?» — говорит им ерш. Услыхали рыбаки ершов голос тонкий и начали ерша ловить. Изловили ерша, ершишко-кропачишко, ершишко-пагубнишко! Пришел Бродька — бросил ерша в лодку, пришел Петрушка — бросил ерша в плетушку: «Наварю, — говорит, — ухи, да и скушаю». Тут и смерть ершова!


Ссылки:

1 Кропотливый беспокойный.

2 Санки.

3 Творительный падеж множественного числа.

4 Плотица.

5 Моль — мелкая рыба разного рода, снетки несушеные.

6 Мотыга — ветреный, непостоянный человек (Ред.).

Сказка о Ерше Ершовиче, сыне Щетинникове (вариант сказки 2)


Жил-был ершишка в барском домишке — брюханишка1, ябедничишка! Проскудалось2 ершу, прибеднялось ему; поехал ершишка в Ростовское озеро на худеньких санишках об трех копылишках3. Закричал ершишка своим громким голосишком: «Рыба севрюга, калуга, язи, головли, последняя рыбка плотичка-сиротичка! Пустите меня, ерша, в озеро погулять. Мне у вас не год годовать, а хотя один час попировать, хлеба-соли покушать да речей послушать». Согласилась вся рыба севрюга, калуга, все язи, головли, маленькая рыбка плотичка-сиротичка пустить ерша в озеро на один час погулять.

Ерш погулял один час и стал всю рыбу обижать, к тине-плотине прижимать. Живой рыбе в обиду то показалось, пошла на ерша просить к Петру-осетру4 праведному: «Петр-осетр праведный! За что нас ерш обижает? Выпросился он на один час в наше озеро побывать, да всех нас с озера и стал выгонять. Разбери и рассуди, Петр-осетр праведный, верою и правдою». Петр-осетр праведный послал малую рыбу пескаря искать ерша. Пескарь искал ерша в озере, да и не мог сыскать. Петр-осетр праведный послал среднюю рыбу щуку искать ерша.

Щука в озеро нырнула, хвостом плеснула, ерша в коргах5 нашла: «Здоров, ершишка!» — «Здравствуй, щучишка! Зачем ты пришла?» — «К Петру-осетру праведному звать на честь, не посадит ли тебя на цепь; на тебя есть просители». — «Кто же там просит?» — «Вся рыба севрюга, калуга, все язи, головли и последняя рыба плотичка-сиротичка — и та на тебя просит, да еще сом, мужик простой, губы толстые и говорить не умеет, — и тот на тебя челобитную подал: пойдем-ка, ерш, разделаемся, что на суде по правде скажут». — «Нет, щучишка! Не лучше ли дело так будет: пойдем со мною, погуляем». Щука не соглашается с ершом гулять, а хочет ерша на суд праведный тащить, как бы поскорей его осудить. «Ну, щука, хоть ты с рыла и востра, да не возьмешь ерша с хвоста! А вот нынче суббота, у моего отца девишник — пир да веселье; пойдем лучше, попьем, погуляем вечерок, а завтра, хоть и воскресенье, пойдем — так и быть — на суд праведный; по крайней мере не голодные будем». Щука согласилась и пошла с ершом гулять; ерш напоил ее пьяною, за пелёду6 засадил, дверью затворил и кольем заколотил.

Долго ждали на суд щуку и не дождались. Петр-осетр праведный послал за ершом большую рыбу-сом. Сом в озеро нырнул, хвостом плеснул, ерша в коргах нашел. «Здравствуй, зятюшка!» — «Здоров, тестюшка!» — «Пойдем, ерш, на суд праведный; на тебя есть просители». «Кто же просит?» — «Вся рыба севрюга, калуга, все язи, головли и маленькая рыбка плотичка-сиротичка!» Ерш-то сому зять: сумел его сом в руки взять и самолично привел на суд праведный. «Петр-осетр праведный, зачем меня требовал наскоро?» — спросил ерш. «Как тебя было не требовать? Ты в Ростовское озеро выпросился один час погулять, а потом всех с озера и стал выживать. Живой рыбе то за досаду показалося; вот собралась рыба севрюга, калуга, язи, головли и малая рыбка плотичка-сиротичка и самолично подала мне на тебя челобитную: разбери-де, Петр-осетр, это дело правдою!» — «Ну, послушай же, — отвечает ерш, — и мою челобитную: они сами обидчики, межи-борозды вытерлись7, а берега водою подмыло, а я ехал тем берегом вечером поздно, торопился, резко8 гнал, да с берега в озеро попал, так и свалился с землею! Петр-осетр праведный, прикажи собрать государевых рыбаков да раскинуть неводы тонкие, погони рыбу в одно устье; тогда узнаешь, кто прав, а кто виноват: правый в неводе не останется, а все выскочит».

Петр-осетр праведный выслушал его челобитную, собрал государевых рыбаков и погнал всю рыбу в одно устье. На почине ершишка попал в неводишка, шевельнулся, ворохнулся, глазенки вытаращил и с неводу вперед всех выскочил. «Видишь, Петр-осетр праведный, кто прав, кто виноват?» — «Вижу, ерш, что ты прав; ступай в озеро да гуляй. Теперь никто тебя не обидит, разве озеро высохнет да ворона тебя из грязи вытащит». Пошел ершишка в озеро, при всех похваляется: «Добро же, рыба севрюга, калуга! Достанется вам и всем язям, головлям! Да не прощу и маленькую рыбку плотичку-сиротичку! Да достанется и сому толстобрюхому: ишь, говорить не умеет, губы толсты, а знал, как челобитную подавать! Всем отплачу!» Шел Любим, ершовой похвалы не возлюбил; шел Сергей, нес охапку жердей; пришел бес, заколотил ез9; пришел Перша, поставил на ерша вершу; пришел Богдан, ерша в вершу бог дал; пришел Устин, стал вершу тащить, да ерша упустил.


Ссылки:

1 Объедало; брюханить — много есть.

2 Скудаться — скупиться, представляться бедным.

3 Перекладинах? Копыл — дровни, дно у прядильного грибка, на которое садится пряха, и колодка, на которой плетут лапти.

4 В рукописи везде: Петр-сётр.

5 Корга — гряда камней в воде; корга-камень или пень, лежащий на дне реки; плотное песчаное или каменистое дно озер и рек.

6 Пеледа — передний навес крыши между двумя избами; покрышка на скирдах. Пелёд — место подле самого овина, которое покрывается соломою.

7 Сгладились, уничтожились.

8 Очень много.

9 Закол рыбный.

Сказка о Ерше Ершовиче, сыне Щетинникове (вариант сказки 3)


1729 года, месяца сентября 16 числа

Зародился ершишко-плутишко,

Худая головишко,

Шиловатый1,

Слюноватый нос,

Киловатая2,

Лихая образина,

На роже кожа — как елова кора.

Прижилось, прискудалось

Ершишку-плутишку

В своем славном Кубинском озере,

Собрался на ветхих3 дровнишках

С женою и детишкам,

Поехал в Белозерское озеро,

С Белозерского в Корбозерское,

С Корбозерского в Ростовское:

«Здравствуйте, лещи,

Ростовские жильцы!

Пустите ерша пообедать

И коня покормить».

Лещи распространились4,

Ерша к ночи пустили.

Ерш где ночь ночевал,

Тут и год годовал;

Где две ночевал,

Тут два года годовал;

Сыновей поженил,

А дочерей замуж повыдал,

Изогнал лещов,

Ростовских жильцов,

Во мхи и болота,

Пропасти земные.

Три года лещи

Хлеба-соли не едали,

Три года лещи

Хорошей воды не пивали,

Три года лещи

Белого свету не видали;

С того лещи

С голоду помирали,

Сбиралися лещи в земскую избу,

И думали думу заедино,

И написали просьбу,

И подавали Белозер-Палтос-рыбе:

«Матушка Белозер-Палтос-рыба!

Почему ершишко-плутишко,

Худая головишко,

Разжился, распоселился

В нашем Ростовском озере

И изогнал нас, лещов,

Ростовских жильцов,

Во мхи и болота

И пропасти земные?

Три года мы, лещи,

Хлеба-соли не едали,

Три года лещи

Хорошей воды не пивали,

Три года лещи

Свету белого не видали;

С того мы, лещи,

И с голоду помирали.

Есть ли у него на это дело

Книги, отписи и паспорты какие?»

И думали думу заедино

Щука ярославска,

Другая переславска,

Рыба-сом с большим усом:

Кого послать ерша позвать?

Менька5 послать —

У него губы толстые,

А зубы редкие,

Речь не умильна,

Говорить с ершом не сумеет!

Придумала рыба-сом

С большим усом:

Послать или нет за ершом гарьюса6;

У гарьюса губки тоненьки,

Платьице беленько,

Речь московска,

Походка господска.

Дали ему окуня рассыльным,

Карася пятисотским,

Семь молей, понятых людей.

Взяли ерша,

Сковали, связали

И на суд представили.

Ерш пред судом стоит

И с повадкой7 говорит:

«Матушка Белозер-Палтос-рыба!

Почему меня на суд повещали?» —

«Ах ты, ершишко-плутишко,

Худая головишко!

Почему ты разжился и расселился

В здешнем Ростовском озере,

Изогнал лещов,

Ростовских жильцов,

Во мхи и болота

И пропасти земные?

Три года лещи

Хлеба-соли не едали,

Три года лещи

Хорошей воды не пивали,

Три года лещи

Свету белого не видали,

И с того лещи

С голоду помирают.

Есть ли у тебя на это дело

Книги, отписи и паспорты какие!» —

«Матушка Белозер-Палтос-рыба!

В память или нет тебе пришло:

Когда горело наше славное

Кубинское озеро,

Там была у ершишка избишка,

В избишке были сенишки,

В сенишках клетишко,

В клетишке ларцишко,

У ларцишка замчишко,

У замчишка ключишко, —

Там-то были книги и отписи

И паспорты, и все пригорело!

Да не то одно пригорело;

Был у батюшки дворец

На семи верстах,

На семи столбах,

Под полатями бобры,

На полатях ковры —

И то все пригорело!»

А рыба-семга позади стояла

И на ерша злым голосом кричала:

«Ах ты, ершишко-плутишко,

Худая головишко!

Тридцать ты лет

Под порогом стоял,

И сорок человек

Разбою держал,

И много голов погубил,

И много живота8 притопил!»

И ершу стало азартно;

Как с рыбою-семгою не отговориться?

«Ах ты, рыба-семга, бока твои сальны!

И ты, рыба-сельдь, бока твои кислы!

Вас едят господа и бояра,

Меня мелкая чета крестьяна —

Бабы щей наварят

И блинов напекут,

Щи хлебают, похваливают:

Рыба костлива, да уха хороша!»

Тут ерш с семгой отговорился.

Говорит Белозер-Палтос-рыба:

«Окунь-рассыльный,

Карась-пятисотский,

Семь молей, понятых людей!

Возьмите ерша».

А ерш никаких рыб не боится,

Ото всех рыб боронится.

Собрался он, ершишко-плутишко,

На свои на ветхие9 дровнишки

С женою и детишкам

И поезжает в свое славное

В Кубинское озеро.

Рыба-семга хоть на ерша

Злым голосом кричала,

Только за ершом вслед подавалась:

Ах ты, ершишко-плутишко.

Худая головишко!

Возьми ты меня в свое славное

В Кубинское озеро —

Кубинского озера поглядеть

И Кубинских станов посмотреть».

Ерш зла и лиха не помнит,

Рыбу-семгу за собой поводит.

Рыба-семга идучи устала,

В Кубинском устье вздремала

И мужику в сеть попала.

Ерш назад оглянулся,

А сам усмехнулся:

«Слава тебе господи!

Вчера рыба-семга

На ерша злым голосом кричала,

А сегодня мужику в сеть попала».

Ерш семге подивовал

И сам на утренней зоре вздремал,

Мужику в морду10 попал.

Пришел Никон,

Заколил прикол11;

Пришел Перша,

Поставил вершу;

Пришел Богдан,

И ерша бог дал;

Пришел Вавила,

Поднял ерша на вила;

Пришел Пимен,

Ерша запинил12;

Пришел Обросим,

Ерша оземь бросил;

Пришел Антон,

Завертел ерша в балахон;

Пришел Амос,

Ерша в клеть понес;

Идет Спира,

Около ерша стырит13;

Амос Спиру

Да по рылу.

«Ах ты, Спира!

Над этакой рыбой стыришь;

У тебя этака рыба

Век в дому не бывала!»

Пришел Вася,

Ерша с клети слясил14;

Пришел Петруша,

Ерша разрушил15;

Пришел Савва,

Вынял с ерша полтора пуда сала;

Пришел Иуда,

Расклал ерша на четыре блюда;

Пришла Марина,

Ерша помыла;

Пришла Акулина,

Ерша подварила;

Пришел Антипа,

Ерша стипал6;

Пришел Алупа,

Ерша слупал;

Пришел Елизар,

Блюда облизал;

Пришел Влас,

Попучил глаз;

Пришла Ненила

И блюда обмыла!


Ссылки:

1 Увертливый, плутоватый.

2 Киловат — бранное слово (Опыт обл. великорусск. словаря).

3 В рукописи: «на вельмей».

4 Расступились, дали место.

5 Налима.

6 Хариус — род лососей.

7 В рукописи: «не с упадкой».

8 Имущества.

9 В рукописи: «вельмые».

10 Морда — рыболовная снасть, состоящая из мешка, сплетенного из ивовых прутьев.

11 Т. е. сделал закол (ез).

12 Т. е. запинал (пинать, пнуть).

13 Стырить — дразнить, грубо говорить.

14 Стащил (лясить — льстить, хитрить); слямзитъ и слящить — украсть.

15 Т. е. разрезал, порушил.

16 Украл.

Сказка о Ерше Ершовиче, сыне Щетинникове (вариант сказки 4)


Список с судного дела слово в слово, как был суд у Леща с Ершом:

«Рыбам господам: великому Осетру и Белуге, Белой-рыбице, бьет челом Ростовского озера сынчишко боярской Лещ с товарищи. Жалоба, господа, нам на злого человека на Ерша Щетинника и на ябедника. В прошлых, господа, годах было Ростовское озеро за нами; а тот Ерш, злой человек, Щетинник(ов) наследник, лишил нас Ростовского озера, наших старых жиров1; расплодился тот Ерш по рекам и по озерам; он собою мал, а щетины у него аки лютые рох(г)атины, и он свидится с нами на стану — и теми острыми своими щетинами подкалывает наши бока и прокалывает нам ребра, и суется по рекам и по озерам, аки бешеная собака, путь свой потеряв. А мы, господа христиански, лукавством жить не умеем, а браниться и тягаться с лихими людьми не хотим, а хотим быть оборонены вами, праведными судьями».

Судьи спрашивали ответчика Ерша: «Ты, Ерш, истцу Лещу отвечаешь ли?» Ответчик Ерш рече: «Отвечаю, господа, за себя и за товарищев своих в том, что то Ростовское озеро было старина дедов наших, а (и) ныне наше, и он, Лещ, жил у нас в суседстве на дне озера, а на свет не выхаживал. А я, господа, Ерш, божиею милостию, отца своего благословением и матерними молитвами не смутщик, не вор, не тать и не разбойник, в приводе нигде не бывал, воровского у меня ничего не вынимывали; человек я доброй, живу я своею силою, а не чужою; знают меня на Москве и в иных великих городах князи и бояря, стольники и дворяня, жильцы московские, дьяки и подьячие, и всяких чинов люди, и покупают меня дорогою ценою и варят меня с перцом и с шав(ф)раном, и ставят пред собою честно, и многие добрые люди кушают с похмелья и, кушавши, поздравляют».

Судьи спрашивали истца Леща: «Ты, Лещ, чем его уличаешь?» Истец Лещ рече: «Уличаю его божиею правдою да вами, праведными судьями». Судьи спрашивали истца Леща: «Кому у тебя ведомо про Ростовское озеро и о реках и о востоках2 и на кого шлешься?» Истец Лещ рече: «Шлюся я, господа, из виноватых3 на добрых людей разных городов и области; есть, господа, человек доброй, живет в немецкой области под Иваном-городом в реке Нарве, по имени рыба Сиг, да другой, господа, человек доброй, живет в Новгородской области в реке Волхове, по имени рыба Лодуга». Спрашивали ответчика Ерша: «Ты, Ерш, шлешься ли на лещову правду, на таковых людей?» И ответчик Ерш рече: «Слатися, господа, нам на таковых людей не уметь; Сиг и Лодуга — люди богатые, животами прожиточны, а Лещ такой же человек заводной4, шлем(т)ся в послушество»5. И судьи спрашивали ответчика Ерша: «Почему у тебя такие люди недрузья и какая у тебя с ними недружба?» Ответчик Ерш рече: «Господа мои судьи! Недружбы у нас с ними никакой не было, а слатися на них не смеем — для того что Сиг и Лодуга люди великие, а Лещ такой же человек заводной; они хотят нас, маломочных людей, испродать6 напрасно».

Судьи спрашивали истца Леща: «Еще кому у тебя ведомо Ростовское озеро и о реках и о востоках, и на кого шлешься?» Истец Лещ рече: «Шлюсь я, господа, из виноватых есть человек доброй, живет в Переславском озере, рыба Сельдь». Судьи спрашивали ответчика Ерша: «Ты, Ерш, шлешься ли на лещовую правду?» Ответчик же Ерш рече: «Сиг, и Лодуга, и Сельдь с племяни7, а Лещ такой же человек заводной: в суседстве имаются, где судятся — едят и пьют вместе, про нас не молвят».

И судьи послали пристава Окуня и велели взять с собою в понятых Мня8, приказали взять в правде переславскую Сельдь. Пристав же Окунь емлет в понятых Мня, и Мень Окуню-приставу сулит посулы великие и рече: «Господине Окуне! Аз не гожуся в понятых быть: брюхо у меня велико — ходить не смогу, а се глаза малы — далеко не вижу, а се губы толсты — перед добрыми людьми говорить не умею». Пристав же Окунь емлет в понятых Головля и Язя. И Окунь поставил в правде переславскую Сельдь. И судьи спрашивали в правде у переславской Сельди: «Сельдь, скажи ты нам про Леща, и про Ерша, и промеж ими про Ростовское озеро». Сельдь же рече в правде: «Леща с товарищи знают; Лещ человек доброй, христианин божий, живет своею, а не чужою (силою); а Ерш, господа, злой человек Щетинник»9.

«...знаешь ли его?» Осетр же рече: «Аз, господа10, не в правде11 и не12 в послушестве, а впрямь (скажу:) слышал про того Ерша, что сварят его в ухе, а столько не едят, сколько расплюют. Да еще, господа, вам скажу божиею правдою о своей обиде: когда я шел из Волги-реки к Ростовскому озеру и к рекам жировать и он меня встретил на устье Ростовского озера и нарече мя братом; а я лукавства его не ведал, а спрошать про него, злого человека, никого не лучилось, и он меня вопроси: «Братец Осетр, где идеши?» И аз ему поведал: «Иду к Ростовскому озеру и к рекам жировать». И рече ми Ерш: «Братец Осетр, когда аз шел Волгою-рекою, тогда аз был толще тебя и доле (долее, т е. длиннее), бока мои терли у Волги-реки берега, очи мои были аки полная чаша, хвост же мой был аки большой судовой парус; а ныне, братец Осетр, видишь ты и сам, каков я стал скуден, иду из Ростовского озера». Аз же, господа, слышав такое его прелестное13 слово, и не пошел в Ростовское озеро к рекам жировать; дружину14 свою и детей голодом поморил, а сам от него вконец погинул. Да еще вам, господа, скажу: тот же Ерш обманул меня, Осетра, старого мужика, и приведе меня к неводу, и рече ми: «Братец Осетр, пойдем в невод; есть там рыбы много». И я его нача посылати напредь. И он, Ерш, мне рече: «Братец Осетр, коли меньшей брат ходит напредь большего?»15 И я на его, господа, прелестное слово положился и в невод пошел, обратился в невод да увяз, а невод что боярский двор — идти (войти) ворота широки, а выйти узки. А тот Ерш за невод выскочил в ечею16, а сам мне насмехался: «Ужели ты, братец, в неводу рыбы наелся!» А как меня поволокли вон из воды, и тот Ерш нача прощатися: «Братец, братец Осетр! Прости, не поминай лихом». А как меня мужики на берегу стали бить дубинами по голове и я нача стонать, и он, Ерш, рече ми: «Братец Осетр, терпи Христа ради!»

Конец судного дела. Судьи слушали судного дела и приговорили: Леща с товарищи оправить, а Ерша обвинить. И выдали истцу Лещу того Ерша головою и велели казнить торговою казнию — бити кнутом и после кнута повесить в жаркие дни против солнца за его воровство и за ябедничество. А у судного дела сидели люди добрые: дьяк был Сом с большим усом, а доводчик Карась, а список с судного дела писал Вьюн, а печатал Рак своей заднею клешнею, а у печати сидел Вандыш17 переславский. Да на того же Ерша выдали правую грамоту, где его застанут в своих вотчинах, тут его без суда казнить.

Речет Ерш судьям: «Господа судьи! Судили вы не по правде, судили по мзде. Леща с товарищи оправили, а меня обвинили». Плюнул Ерш судьям в глаза и скочил в хворост: только того Ерша и видели.


Ссылки:

1 Жира, жирова — хорошее житье, довольство.

2 Истоках.

3 Т. е. из прикосновенных к делу, ведающих о деле.

4 Лучшего завода, породы (Ред.)

5 Ссылается на свидетельство.

6 Разорить тяжбою.

7 То же, что «сродни».

8 Налима.

9 Здесь в рукописи опущена ссылка Леща на новое свидетельство. Таким свидетелем выведен Осетр; в начале же сказки он поставлен судьею: очевидная запутанность в тексте рукописи.

10 В рукописи: «господа вы».

11 Т. е. не ради суда.

12 В рукописи: «мне».

13 В рукописи здесь вставлены слова: «к рекам жированье».

14 Дружина — жена (Ред.).

15 В рукописи следуют за этим слова: «кои честь».

16 Ячея — пространство клеток у мережи.

17 Снеток, маленькая рыбка.

Сказка о Ерше Ершовиче, сыне Щетинникове // Народные русские сказки А. Н. Афанасьева: В 3 т. — М.: Наука, 1984—1985. — (Лит. памятники). Т. 1. — 1984. — С. 90—102.

Хранители сказок | Русские народные сказки в обработке Афанасьева Александра Николаевича


Альтернативный текст:

Сказка о Ерше Ершовиче, сыне Щетинникове - Русская народная сказка


Все тексты сказок взяты из открытых электронных источников и выложены на сайте для не коммерческого использования!
Данные тексты представлены исключительно в ознакомительных целях.
Все права на тексты принадлежат только их правообладателям!